МЕСТО КЛАССОВОГО ПОДХОДА В СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТОЛОГИИ

/ по материалам несостоявшегося выступления на заседании РПЦ "Народовластие" от 04.02.2006 /

Начавшийся XXI век ставит перед исследователем политических явлений столь сложные, глобальные комплексные задачи, что исключение по конъюнктурным соображениям из политологического арсенала какого-либо инструментария представляется крайне неразумным. Другой стороной этого явления можно считать методологическую «зацикленность», выражающуюся в стремлении разрешить все общественные проблемы и противоречия современной политики, геополитики и экономики с помощью одного единственного инструмента политической философии, будь то классовый, цивилизационный или какой угодно другой подход. Образно говоря, если молоток оптимален и максимально удобен для забивания гвоздей, то, с одной стороны, не стоит забивать гвозди мобильным телефоном на том основании, что он «более современен», а с другой – из этого нельзя делать вывод, что молоток может быть полезен в нейрохирургии. Несмотря на всю очевидность приведенного утверждения, сегодня с завидной регулярностью объявляются «спасители человечества», готовые на полном серьезе взахлеб утверждать обратное. Типичными образчиками такого рода деятелей являются две крайне нетерпимые как друг к другу, так и к людям с альтернативными позициями, группы индивидуумов, именующие себя «марксистами» и «антикоммунистами» соответственно.
Представители первой крайности, отказываясь считаться с реалиями и демонстрируя достойное лучшего применения упорство, продолжают утверждать, что классовый подход является единственно верным, научным и универсально объясняющим все общественные явления на протяжении всей истории развития человечества. История человеческой цивилизации в их трактовке предстает как хроника развития экономических отношений и манипуляций с собственностью.

...Современные наши марксисты готовы до хрипоты спорить о той или иной запятой у Маркса или Ленина, опасаясь не успеть до начала мировой революции. А в это время, скажем, мусульмане по всему миру вполне доходчиво и эффективно доказывают зазнавшемуся западному «цивилизованному сообществу», что с ними шутки плохи. Товарищи марксисты, коих по планете многие миллионы, где же ваша реакция на оскорбительную резолюцию ПАСЕ? Почему стоят посольства европейских стран-ревизионистов? Почему не осаждены гнезда надменных европейских бюргеров толпами возмущенных «левых»? Или унизительная резолюция ПАСЕ, касающаяся всех коммунистических и посткоммунистических стран, для вас меньшее оскорбление, чем для мусульман – карикатуры в желтой прессе (кои они, кстати, и в глаза-то не видывали) где-то на другом конце света?

Но вернемся к нашей теме. Примером другой крайности могут служить как раз авторы и сторонники той самой недавно принятой скандальной резолюции ПАСЕ, фактически приравнивающей коммунизм к фашизму. В этой резолюции, в частности, содержится призыв к властям всех посткоммунистических стран осудить преступления «тоталитарных коммунистических режимов», которые «находят свое обоснование в теории классовой борьбы». Так же там говорится о необходимости пересмотра школьных учебников с целью полностью вытравить из остающихся «неприлично левыми» посткоммунистических обществ историческую память и сложившуюся в течение многих веков коллективистскую традицию. По сути, эта резолюция, наряду с проведением маршей ветеранов СС, является продолжением политики ряда европейских режимов, направленной на пересмотр результатов Второй Мировой войны. В удовольствии еще раз «пнуть мертвого льва» не отказали себе все те же закомплексованные «шакалы» из Польши, Прибалтики, Молдавии и других стран, проводящих жесткую антироссийскую политику. Конъюнктурность принятия данной резолюции, связанная как с возрастающей мощью Российского государства, так и с «социалистическим ренессансом» в Южной Америке, не вызывает сомнения даже у наиболее пристрастных наблюдателей.
Сбалансированная позиция, сторонящаяся обеих крайности, на мой взгляд, может заключаться в следующем. Марксизм и классовый подход к структуре общества являются действенным инструментом философии политики, заточенным под анализ определенного спектра общественных связей, отношений и явлений, связанных с чисто экономической проблематикой. Однако совершенно очевидно, что это далеко не универсальное средство, и полноценная, адекватная сегодняшнему дню глобальная альтернатива проекту нового мирового порядка не может быть сформулирована на одном лишь языке марксизма. Да и «идеальное государство» в марксистской трактовке не способно удовлетворить жизненные потребности всех людей, а направлено на «осчастливливание» определенной группы, условно называемой пролетариатом. Проблема остальных «классов», «прослоек» и даже «несознательных пролетариев» на практике решается, как правило, путем массовых репрессий.
Марксистский, классовый подход исходит из изначального тезиса о том, что единственной мотивацией деятельности человека является материальный интерес и жажда обогащения. Это допущение, вполне применимое при анализе некоторых экономических явлений и процессов, при попытке применить его к политической сфере («политика – концентрированная экономика») и ко всему обществу (идея «примата экономики») и становится причиной эксцессов, неизменно приводящих к массовым человеческим жертвам. Дело в том, что такой упрощенный подход в своих допущениях и обобщениях считает возможным попросту пренебречь людскими психотипами, чуждыми логики «вульгарного экономизма». А ведь когда-то представители именно этих психологических типов занимали высшие ступени в общественной иерархии цивилизаций древности, которые сегодня по неграмотности считаются «примитивными». Такой подход к структуре общества, получивший широкое распространение, в частности, в Древней Греции (и еще ранее в индийской Традиции) и подтвержденный современными исследованиями в области психологии, основывался на идее сосуществовании в обществе в соответствии с тремя человеческими началами трех психотипов людей, рождающихся на свет строго в необходимой пропорции на протяжении всей истории развития человечества. Первый тип – созерцательный, тип мыслителя, философа (жрецы или брахманы в индуистской трактовке) – движимый стремлением к постижению истины и справедливости, а также «волей к власти». Второй тип внутренней природы – волевой, тип стража, воина (кшатрии в индуизме) – стремящийся к экспансии и доминированию, к реализации «бойцовского инстинкта». И третий психотип – чувственный, стремящийся к материальному обогащению и чувственным наслаждениям. К нему относятся торговцы, производители, крестьяне и ремесленники (индуистский аналог – вайшьи). Исходя из этого, и в структуре общества присутствует 3 начала: совещательное, защитное и деловое, соответствующие, в идеале, вышеозначенным трем типам. Если же посмотреть, что происходит сегодня, то совершенно очевидно, что в современных государствах, и в Молдавии в особенности, все поставлено с ног на голову. Сегодня люди стремятся во власть не потому, что они желают властвовать, а потому, что они хотят обогатиться. В нормальном обществе эти люди должны идти самореализовываться не во власть, а в торговлю, власть же не должна быть связана с набором привилегий и возможностью неограниченного обогащения. Именно в этом заключается один из смыслов христианского сюжета про «изгнание торговцев из храма». Храма власти, в данном случае. Не менее нелепым с этой же точки зрения является и существование всеобщего призыва на воинскую службу. Справедливое государство должно предоставить возможность каждому своему гражданину возможность заниматься тем, чем он желает заниматься, к чему он предрасположен. Править должны мудрейшие, защищать государство – сильнейшие, а тот, кто стремится к материальному обогащению и чувственным наслаждениям – заниматься ремеслом или идти в торговлю. Таким образом, когда каждый будет заниматься своим делом, государство и будет способно сделать счастливыми всех своих граждан.
Это только одна из альтернативных марксистскому классовому подходу методология анализа структуры общества, входящая в инструментарий политической философии. Однако и она не может претендовать на абсолютную универсальность. Марксизм, же, появившийся на Западе лишь в XIX веке и насквозь пропитавшийся политическим дискурсом эпохи Просвещения, вполне адекватно описывает взаимоотношения между представителями третьего психотипа, прорвавшегося в этот период к власти в большинстве стран Запада, однако он абсолютно неприменим ко всему историческому развитию человечества в целом во всей его многогранности.
Кроме того, стоит отметить, что в последние десятилетия на мировой арене четко проявилась еще одна «прослойка», а именно – транснациональная бюрократия, на данный момент еще готовая терпеть существование ограниченно автономных собственных филиалов в виде национальных бюрократий, формирующих «бюрократический интернационал». Однако в перспективе развитие этого глобального проекта предусматривает уменьшение до минимума полномочий национальных бюрократий и переход всей полноты власти в планетарном масштабе в руки единого «мирового правительства».
Основной нерв противостояния в ближайшие несколько десятилетий, таким образом, будет проходить по линии «граждане против бюрократов». Именно такая общественная консолидация, как в рамках отдельного государства, так и в мировом масштабе, могла бы стать наиболее адекватным ответом на этот глобальный вызов современности.

 
Шоларь Евгений,
эксперт  в области
политической психиатрии